Власть в России делает все, чтобы подавить антивоенный протест, но он все равно есть. Как (для борьбы с ним) силовики переходят от точечных репрессий к массовым?
Мы даже не представляем, какой удар нанесен экономике России. Если сегодня снять все санкции, на восстановление уйдут десятилетия. Объясняет Константин Сонин
Кажется, что из-за войны культурная жизнь в России тоже рухнула — и это надолго. Насколько все плохо?
Как политика в России умерла, а режим окончательно превратился в силовую диктатуру. Говорим с Андреем Перцевым и Фаридой Рустамовой
Знаете, кто выиграл от войны России и Украины? Китай. А что именно он получил? И как мировая держава № 2 использует эти преимущества для противостояния с США?
В России практически не осталось независимых медиа. Обсуждаем это с ведущим «Эха» Александром Плющевым. Все ужасно, но выпуск, как ни странно, веселый
Международный уголовный суд в Гааге начал расследование по делу о военных преступлениях России в Украине. Какие у него вообще перспективы?
Почему диктаторы воюют? Объясняет политолог Владимир Гельман. И вы, конечно, понимаете, на каком примере мы это изучали
Чем обернутся для России «удушающие санкции»? Катастрофой, сравнимой с началом 1990-х, уверен экономист Николай Кульбака. Послушайте его аргументы
Зеленский заявил: Украина осталась в одиночестве. Почему Запад так мало помогает Киеву? И зачем вводить санкции, которые бьют не по Путину, а по россиянам?
Неужели Путину эта война принесла какую-то выгоду? А насколько тяжелой будет расплата для всей России? Внутриполитический анализ последствий
В чем тактика российской армии? И насколько эффективно ей сопротивляются силы Украины? Говорим с редактором рубрики «Разбор» Дмитрием Кузнецом о вторжении
Эта война будет долгой? И что после нее станет с Украиной, Россией и миром? Отвечаем на два самых важных вопроса этого дня
В речи о признании ЛНР и ДНР Путин снова сказал, что постсоветские республики забрали часть «исторической России». Теперь это наш внешнеполитический курс?
Зачем Путин заставил свою элиту признать ЛНР и ДНР? Специальный (совместный!) выпуск подкастов «Перцев и Гаазе» и «Что случилось»
ЛНР и ДНР объявили об эвакуации сотен тысяч людей в Россию — десятки тысяч уже здесь. Что с ними будет? И какую роль Москва отвела им в борьбе с Западом?
Россия заявила об отводе войск от границ с Украиной. Но оставшаяся там армия — очень большая, и она способна на крупную операцию. Вот что мы об этом знаем
Российские фигуристки на Олимпиаде у многих вызывают восхищение, а у кого-то даже гнев. В этом эпизоде отвечаем на наивные вопросы о фигурном катании
Президент Туркменистана собрался передать власть своему сыну. Получится ли у Бердымухамедова создать династию, аналогичную Кимам в КНДР?
Похоже на дежавю, но в России опять судят Навального. Пытаемся разобраться, в чем смысл нового дела, — и понять, что последует за ним
Украинский кризис все еще может перерасти в прямое военное столкновение. Что там такого, о чем Россия и Запад не могут договориться?
Одной из первых реформ Путина была отмена прогрессивного подоходного налога. Год назад его ввели снова и немного повысили. Как результат? Будут повышать еще?
В Дели хотели поставить памятник Махатме Ганди, но сделают монумент националисту, сотрудничавшему с Третьим рейхом и Японией. Что это говорит о современной Индии?
В отличие от современной России у СССР были свои компьютеры и даже что-то вроде интернета. Когда все это развалилось и почему от достигнутого ничего не осталось?
Орангутан Бату и выборы в зоопарке — это, конечно, очень смешно… Но еще они показывают, что такое плебисцитарный авторитаризм Путина и как он разрушается
Россия и Китай договорились о сотрудничестве в «противодействии Западу». Это что-то типа пакта? А Москва в этих отношениях — «младший брат» Пекина?
В Чечне развернулась новая агрессивная кампания — против семьи бывшего судьи Янгулбаева, журналистов и правозащитников. Чего опять добивается Кадыров?