После поражения на выборах Трамп мог взять реванш в 2024 году. Но штурм Капитолия все похоронил. Говорим о Трампе и трампистах с Константином Сониным
В 2020 году началась, но так и не закончилась белорусская революция. Она потерпела крах или вот-вот вспыхнет с новой силой?
Почему российское правительство в 2020-м лучше справилось со спасением экономики, чем жизней? Подводим итоги года с экономистом Сергеем Гуриевым
Последний выпуск «Что случилось» в этом коронавирусном году — конечно, про пандемию. Кстати, Александр Ершов обещает, что скоро эпопея с ковидом закончится!
2020-й стал в России годом журналистских расследований. Говорим об этом с Романом Доброхотовым и Лилией Яппаровой
Почти 30 лет молодежные банды терроризировали Казань. Участником одной из них был Роберт Гараев — он написал книгу «Слово пацана», а мы с ним поговорили
В России ужесточено наказание по политическим статьям — о клевете, митингах, иноагентах. Это потому что Кремль ждет в 2021 году протестов по типу белорусских?
Говорим с Юлией Галяминой. Она получила два года условно за протесты против «обнуления», но все равно собирается бороться с Кремлем
Государство решило избавиться от Первого канала. Кто им будет владеть? Уволят ли Эрнста? И что вообще происходит?
«Она летает, черт возьми!!!» — так Рогозин написал про запуск ракеты «Ангара». Она может полететь к Луне. А вот превзойти Falcon Heavy Илона Маска?
Умер мэр Харькова Кернес. Многие запомнили его как мемного «Гепу», но вообще-то он был политиком, из-за которого не появилась Харьковская народная республика
Думаете, только сталинистам не нравятся таблички «Последнего адреса»? Создатель проекта Сергей Пархоменко — о конфликте с союзом миллиардеров России
Владислав Горин и Константин Гаазе — о новой политической реальности, в которой Навальный называет ответственными за свое отравление ФСБ и Путина
Путин собрался регулировать цены на еду. Будет дефицит? Ну, дешевые лекарства после такого же регулирования исчезли
Видели сюжет чеченского ТВ, авторы которого сочувствуют убийце французского учителя? Рассказываем, как устроена машина пропаганды Рамзана Кадырова
Роскомнадзор потребовал от «Медиазоны» удалить статью о пандемии в тюрьмах. Почему? И что такого было в тексте? Обсуждаем с автором Максимом Литавриным
Бары Петербурга выступили против ковид-ограничений — это уже назвали «кампанией гражданского неповиновения». Кто за ней стоит и что вообще творится?
Президент России идет на выборы, но неизвестно, выиграет ли, — это было на самом деле. Говорим с Михаилом Зыгарем о его книге про 1996 год «Все свободны»
Знаете шутку? С 2013 года пенсии выросли на 6 тысяч рублей, то есть с 300 долларов до 193. С ними все совсем плохо? Подробнейший ответ экономиста Максима Буева
Анатолий Чубайс все-таки уходит из «Роснано». Почему это произошло? И чего достигла при нем корпорация? (Она ведь чего-то достигла?)
Карабах после победы Азербайджана: армяне уходят, но перед этим жгут свои дома и забирают из могил останки близких. Рассказывает журналист Александр Черных
Роспотребнадзор отчитался об успехах в борьбе с ВИЧ в России. К сожалению, это явная манипуляция: эпидемия ВИЧ продолжается, а ковид ее только усилил
Иранских ядерщиков регулярно убивают (скорее всего, израильтяне). Только что это случилось снова. Эти покушения могут помешать Ирану создать ядерную бомбу?
Журналистка Марфа Смирнова сняла фильм о мусульманках, которые убежали от своих очень консервативных отцов и мужей. Вот истории этих женщин
Весь смысл жизни куда-то теряется. Коронавирус и кризис поставили на грань закрытия благотворительные фонды России
Мусульмане на удаленке, православные в храмах: как (по-разному!) основные конфессии России реагируют на распространение коронавируса
Исследователь городских страхов Александра Архипова объясняет, почему так много паники в вотсапе и как возникают очереди за гречкой
Опасайтесь собственных соратников. Что будет с Путиным — после того, как он стал пожизненным президентом