С начала войны тысячи россиян помогают украинским беженцам — и остаются в РФ. Как силовики пытаются с этим бороться?
Война правда зашла в тупик? И Россия, и Украина уже не могут наступать? Обсуждаем с Дмитрием Кузнецом
Новый президент Аргентины Хавьер Милей — крайне эксцентричный политик-популист. Он загонит страну в еще больший кризис или способен помочь ей?
Сергей Лавров почти 20 лет возглавляет российский МИД. Чем он так дорог Путину? И как понятие «российский дипломат» стало синонимом хамства?
Как жены и матери российских мобилизованных борются за то, чтобы их близких вернули домой? И можно ли считать это движение антивоенным?
Из-за операции Израиля в секторе Газа страдают сотни тысяч мирных жителей. Почему арабские страны не примут их у себя? А сами палестинцы хотят уезжать?
Патриарх Кирилл заявил, что количество абортов в России нужно сократить. Кто еще за это выступает? И в чем их выгода?
В последние дни политики и даже военные в Украине говорят о том, что «война зашла в тупик». Как это сказывается на позициях Владимира Зеленского?
К первой годовщине освобождения Херсона говорим с Константином Рыженко. До начала российской оккупации он был местным журналистом, а после стал участником сопротивления
Говорим об антиукраинской кампании, которую Кремль ведет на Западе. И о том, как в ней используют бывшего украинского олигарха Медведчука и проект «Другая Украина»
Во время войны жители России не просто продолжили брать кредиты, но стали делать это еще активнее. Что это говорит об экономической ситуации в стране?
Лидер ливанской «Хизбаллы» заявил, что открыл второй фронт в конфликте Израиля и ХАМАС. Это правда так? На что «Хизбалла» рассчитывает?
Что Хрущев, Брежнев и Горбачев думали о противостоянии с США? И почему они были в этом намного реалистичнее Путина? Рассказывает историк Сергей Радченко
Предвыборная кампания Путина началась: в 2024-м он должен в пятый раз стать президентом РФ. Что может пойти не по плану? Обсуждаем с Андреем Перцевым
Говорим о наземной операции Израиля в секторе Газа. Сможет ли израильская армия свергнуть ХАМАС? И какой ценой?
Катар — небольшая, но невероятно влиятельная страна. К ней прислушиваются и США, и Россия, и даже движение ХАМАС. Как Катар этого добился?
Что привело к антисемитским беспорядкам на Северном Кавказе? И почему для специалистов они не стали неожиданностью?
Кажется, что конфликтов и войн все больше и больше. Так и есть? Неужели человечество идет к третьей мировой?
История Николая Патрушева — главного путинского ястреба и наиболее влиятельной фигуры нынешнего режима (не считая самого Путина)
Российские бойцы ММА (судя по их заявлениям) очень любят Кадырова и поддерживают Палестину. Как смешанные единоборства стали в России политическим инструментом
Российская армия пытается завладеть инициативой в войне с Украиной. Чем отвечают ВСУ? Говорим с нашим военным экспертом Дмитрием Кузнецом
Подкаст «Что случилось» вернулся после перерыва. В этом эпизоде говорим о последствиях, к которым привела (и еще приведет) атака ХАМАС на Израиль
Как Кремль использует даже птиц (!) для увеличения своего влияния в мире. Конкретно — в странах, где популярна соколиная охота
Европа продолжает голосовать за популистов (свежий пример — Словакия; в Польше тоже, похоже, переизберется партия Качиньского). Как они влияют на европейскую политику?
В Нагорном Карабахе почти не осталось людей: они бежали после того, как Азербайджан захватил непризнанную республику. Что теперь будет — с ними и с Арменией?
В ближайшие годы придут в полную негодность многочисленные советские дома — хрущевки. Но ведь этим пугают очень давно? Что там на самом деле?
Зачем Кадыров опубликовал это кошмарное видео со своим сыном, избивающим Никиту Журавеля? И чего он этим добился?
Прямо сейчас Украина уничтожает военный потенциал российского Черноморского флота. Как ей это удается? И насколько этот флот важен для всей войны?
Как Русская православная церковь сотрудничает со спецслужбами РФ — в том числе для вербовки агентов за границей?