Правда ли, что Алексей Дюмин помог остановить мятеж Пригожина? Если вы забыли, это бывший охранник Путина и (якобы даже) его преемник
ЧВК Вагнера в Беларуси. Лукашенко постарается избавиться от наемников или будет использовать их в своих целях?
Путин уверяет, что во время мятежа все общество сплотилось, но ведь это не так. А многие люди и сейчас выражают явную симпатию Пригожину и его ЧВК. Почему?
Как российские силовики показали себя во время мятежа Пригожина? И возможен ли новый военный переворот против Путина?
Зачем Пригожин это сделал? Пробуем понять логику военного мятежа — и выяснить, хотел ли основатель ЧВК Вагнера сместить Путина
Как Запад изолирует Россию от «глобального Юга»? И как представляет отношения после окончания войны (в том числе если Путин усидит)?
В Эстонии приняли закон об однополых браках. Как страна пришла к этому — причем на фоне триумфа консервативных популистов во многих частях бывшего соцлагеря?
Как друзья Путина прячут свои активы в Европе во время войны (и покупают шале для семьи президента в Австрии)? Говорим с соавторами «Архива Ротенбергов»
После выборов все забыли про Турцию, а там начинается самое интересное. Эрдоган хочет либерализовать экономику и снова дружить с Западом. Что это с ним?
Россия долго была одним из главных поставщиков оружия в мире. Похоже, эпоха закончилась — из-за санкций и того, как российская техника показала себя в Украине
История просветительского проекта «Кружок». Почему волонтеры, много лет помогавшие школам в маленьких селах по всей России, больше не могут это делать?
За время криптобума в России обогатились десятки людей. Но потом часть из них села в тюрьму, а другая — отдала свои деньги силовикам и их подельникам
История министра обороны Сергея Шойгу. Он прошел путь от возможного «преемника Путина» до человека, которого публично унижают Кадыров и Пригожин
Зачем Украина наступает аж по трем направлениям сразу — да еще и малыми силами? Она сможет прорвать оборону российской армии? Обсуждаем с Дмитрием Кузнецом
Apple представила Vision Pro — шлем смешанной реальности. Разбираемся, что в нем революционное, а что так себе
Что прямо сейчас происходит в Херсоне? Говорим с журналистом Петром Рузавиным — он только что вернулся из затопленного города
Сотни (а может, и тысячи) людей все еще ждут помощи на крышах домов в затопленных городах на Днепре. Вот как местные жители и добровольцы спасают их. Потому что больше — практически некому
Какая из армий — российская или украинская — получила преимущество из-за катастрофы на ГЭС? Объясняет Дмитрий Кузнец
Крайне правая «Альтернатива для Германии» — теперь вторая по популярности партия в стране. Это тоже связано с тем, что Россия напала на Украину?
Основатель ЧВК Вагнера Пригожин теперь ездит в турне по России — и это очень похоже на избирательную кампанию нового политика-популиста. Что он задумал?
Как появилась и функционирует одна из самых жестоких диктатур в мире — северокорейская? И чему Путин (не дай бог) может научиться у КНДР?
Инстасамка, Hofmannita и Scally Milano меняют тексты песен по требованию провластной активистки Мизулиной (и еще зачем-то фотографируются с ней). Что это вообще такое?
Говорим о политике из Уфы Лилии Чанышевой. Скоро ее могут приговорить к 12 годам колонии. Ее дело — часть большой кампании против сторонников Навального
Эрдоган все-таки выиграл выборы. Что теперь будет с Турцией? И будет ли президент мстить политическим противникам?
От заявлений о том, как он вот-вот свергнет Путина, захватывает дух (хотя ему никто и не верит). Рассказываем историю Ильи Пономарева
Говорим о «Яндексе» — одной из главных компаний в истории России. Каким он мог бы быть, если бы не война? И что с ним будет теперь?
Путин не раз хвалил «Гринпис», но сейчас экологи превратились во врагов режима. А в них-то какую угрозу увидела система?